Розмид (2025)

Мать-иммигрантка замечает у своего сына-подростка тревожные, нездоровые наклонности, которые нельзя списать на «трудный возраст». Она пытается помочь ему вовремя, пока беда не стала необратимой, но сталкивается с равнодушной системой: формальные ответы, очереди, отговорки и нежелание брать ответственность. Вдобавок давит общественное осуждение — на неё смотрят как на виноватую, а на сына как на угрозу. Между страхом за ребёнка и страхом за других она выбирает действие и идёт до конца, даже если придётся переступить через привычные правила. Но чем дальше она заходит, тем страшнее становится вопрос: удастся ли спасти сына, не опоздав на самый важный шаг?